Утро выдалось замечательно солнечным и я проснулась в предвкушении чего то необычного. Я рано встала с полной уверенностью, что сегодня точно, совершенно точно все получится. И никто и ничто не сможет нам помешать. Разумеется я изрядно нервничала, одно дело читать тематические рассказы, другое все прочувствовать на себе и. . эээ в себе. Не каждый день становишься нижней, какое это чувство быть нижней на самом деле? Я так полагаю, что нижняя и не понимает, что она нижняя пока не окажется у ног…
При первом поцелуе, меня охватила приятная нежность, страсть и желание сорвать с него одежду. В процессе объятий его рука спускалась всё ниже и ниже и достигла своей цели. Нежные ласки закончились, началась дикая страсть. Я чувствовала как он входил в меня снова и снова, то медленно, что захватывало дыхание, то как кролик, драл и драл меня. Огонь бушевал во мне, хотелось ещё и ещё: И тут накатила такаая волна, думала я взорвусь, о да я кончила, первый раз в жизни. Секс до этого раза померк в…
Когда уже было три часа дня, Александр подходил к дому, где находилась их с Яковом штаб квартира, студия или мастерская их совместных потусторонних изысканий, он увидел скорую помощь у самого подъезда их дома. Он рванул туда, предчувствуя что – то неладное. Александр ворвался в квартиру, где Яков Могильный занимался очередным своим сеансом и увидел его сидящим с понурой головой в своем кожаном кресле. Здесь же была и милиция. Машину, которой Александр сразу не заметил, за углом дома. Пришлось…
Их любовь была безумна и безгранична. Сотрясая весь дом и перепугав всех жильцов среди бела дня своими любовными играми и оргиями эти два необузданных в безумстве любви Ангела, летая от стены к стене, переломали все в этой квартире. Всю стоящую там мебель. Сбили даже люстру, катаясь по потолку кубарем и по очереди, трахая друг друга. Миленхирим схватив женское безупречно красивое тело Умбриэля, не выпускал его из своих теперь молодых юношеских рук. Он исцеловал его все голые до самой задницы в…
Элоим лежал в своем каменном ложе под сводами полуразрушенного церковного готического храма. Он лежал в своем выстроенном им самим мире. Он отдыхал от той любви с молодой совсем еще юной девицей. Он знал она опять к нему придет, как и та и та, и та, что до нее. Как все кто был здесь на его каменном в этом месте ложе. Он в полудреме ощутил приближение еще кого – то. Он открыл свои голубые большие в красивых разрезах век Инкуба глаза. Она уже стояла рядом с его каменным ложем страсти и любви. Она…
Обняв его и целуя на показ сопернице, кровавыми тонкими алыми губами прямо его в губы и смотря искоса злобно и злорадно на Алину. Она обняла его за шею любовника своими в змеиной чешуе, как и у, ее любимого когтистыми руками и прижалась к нему, обхватив одной в чешуе такой же когтистой ногой Элоима за мужскую Инкуба талию. Элоим смотрел злобно на Алину своими светящимися голубыми глазами. – Уходи от меня! – рявкнул, на нее Элоим – Ты привела человека в мой мир. Живого человека. Чужого человека,…
Изигирь превратилась в кровожадную и неудержимую в любовной страсти и порока черную тень. Ей нужна была только безудержная любовь Элоима. Она поработила этим его и не отпускала от себя, заставив создать свой мир. Мир двух влюбленных. Мир между двух миров живых и мертвых. Мир в мире снов и иллюзий. Этот черный призрачный в белом ползущем живом тумане страшный корявый и кривой с вывернутыми на изнанку ветками лес. И тот разрушающийся, как и его Элоима падшая душа храм. Храм их общей любви и…
– Дом! – сказал иронично и с опаской Миленхирим – Милый дом! И Александр увидел этот храм любви и порока своими глазами. Он стоял своим фасадом к ним. Ступенями высокого арочного с колоннадою входа под угловатой стеной с загадочным жутким со сценами насилия и прочего разврата барельефом. И угловатой с крутыми скосами полуразрушенной черепичной крыши. – Боже мой, брат! – произнес Миленхирим – До чего же ты себя довел с этой бешеной сучкой Ада! – и он почувствовал приближение зла и первым ступил…
Элоим вспомнил его и все, что связывало их как братьев. Он вспомнил Миленхирима и как он обнимал его как младшего брата. Как он подхватил его рожденного из струящегося яркого живого потока звезд на свои руки родного брата. Его Элоима следом за ним рожденного. Как прижал к себе, и он ощутил жар его Ангельской души. Его силу и теплоту там, в Райских кущах их Родного Отца. Он вспомнил то, что он тогда сказал ему. Про то что не оставит своего брата, чтобы не случилось с ним и где бы он не был. И…
– Элоим! Милый мой Элоим! – она вырывалась и кричала на весь храм любви – Я отдала тебе свою всю себя и лишилась ради той любви всего даже своей ангельской души и стала смертной ради тебя! А ты предал меня! Ты предал меня! Предал наш мир Элоим! И предал наших будущих детей! – она схватила своими в чешуе руками его ту когтистую руку и пыталась вырвать ее из своей Суккуба шеи. Вырвать его Элоима из нее вонзенные глубоко кривые зверинные когти. – Как я только мог полюбить такую тварь! Полюбить…