– Тихо! Там кто – то идет? – зашептала Ракса, остановившись и старательно всматриваясь в темноту. Тод остановился и резко оглянулся назад, постояв так с минутку, он повернулся к Раксе и, сдерживая дыхание произнес: – Да нет там никого! – Тод, а вдруг здесь кто – нибудь будет идти? Я боюсь! Мне всё время слышатся шаги, мне кажется, что за нами кто – то идет! – Ракса, ну кто тут будет шляться ночью в этих зарослях, ну? Успокойся, пожалуйста. Мы здесь одни. – Тод притянул её к себе и обнял, – Не…
Ракса устраиваясь опять на коленях Тода, обняла его и кокетливо спросила: – Ну и что ты там увидел? Тод, притянув её к себе начал шептать ей на ушко. Если бы не было темно мы бы увидели, как Ракса улыбнулась, а её глазки заблестели – Тод хорошо усвоил, что женщины любят ушами и старался максимально эффективно использовать всё своё красноречие, описывая недавние переживания. Его мягкий, такой родной голос, и горячее шумное дыхание постепенно затуманивали сознание Раксы и она начала ощущать…
– Марина, прости я больше не буду, – бормотал он снова и снова. – Я люблю тебя, и ничего не могу с собой поделать. Прости меня! Мне стало жалко его, ведь он был мне как родной, как сын. – Ну что ж, я прощу тебя, если ты поклянешься никогда так не делать. Ты ни кому не показывал свои съемки? – Нет, – ответил Артем – я только сам смотрел, – мне нравится, как ты себя ласкаеш. Я бы и сам хотел тебя приласкать, я знаю как тебе плохо без мужчины. Иногда ночью мне снится как я занимаюсь с тобой…
Мне очень понравились первые 3 части этого рассказа. Продолжение решил написать сам. Это первая часть. Закончилась эта ужасная неделя. После кино нас с Олегом почти не трогали. Почти я говорю потому, что то, что пол – отряда нас перед сном поимело в попку стало уже делом привычным. Но насторожило меня, что обещали нам большой сюрприз завтра. Я вспомнил – завтра суббота. Родительский день. Всю ночь я мучался, как бы родители не узнали, что здесь со мной вытворяют. Но Серега тоже хотел, что бы…
Итак, началась наша "семейная жизнь". Надо сказать, за вечер меня ни разу не трахнули в попку. Это не могло не радовать. После окончания "свадьбы", где сожрали практически все наши гостинцы, я помыл мою Машульку, и отнес в ее палату. Ходить она уже не могла. Нам сказали, что жить мы теперь будем вместе. По очереди в мужском и женском отряде. А в другом отряде в это время удовлетворять все нужды будет Олег. Еще нам сказали, что утром объявят новые правила нашей семейной жизни. Ночью мы с Машей…
– Зачем ты пришёл? Мы же решили что всё кончено... – Мне уйти? – Да. Парень нажал на кнопку первого этажа, я посмотрела ему в глаза... И увидела ТАКУЮ тоску, ТАКУЮ грусть... Я не знаю... что со мной произошло... ЧТО мне ударило в голову... Я повернулась и зажала *Стоп*... если сильно нажать на кнопку и долго держать нажатой – то лифт застрянет... Я повернулась к Диме и буквально накинулась на него... Он в шоке, поначалу даже не отвечал на мои поцелуи... Я целовала его шею... потом расстегнула…
Обратный путь был долог, и на берег выходить было трудно – ноги меня еле держали. Перед самой полосой прибоя Марина, плывущая метрах в трех, меня окликнула и, когда я подплыл ближе, сказала, серьезно глядя мне в глаза: – Только пусть все наши отношения останутся между нами, хорошо? Будешь хвастаться перед своими друзьями позже, когда подрастешь. Договорились? – и, дождавшись моего утвердительного кивка, вдруг потребовала: – Тогда одень меня! – и призывно распрямила плечи, выпятив под водой…
Я снова подвигал бедрами вызвая новую волну приятных ощущений. Интересно, а какие ощущения, когда с настоящей девчонкой? Шурка все шебуршилась. Ну не спится, так шла бы на кухню, не мешала спать другим! Пойти и наорать на нее не давал торчащий из трусов член. Я тихонько хихикнул, представив ее реакцию, если я заявлюсь на ее половину в таком виде. Но поспать мне, кажется, уже не дадут. Уже почти смирившись с этим, я встал и тихонько подкрался к щели между шкафами. А вдруг повезет? Заглянув, я…
Фантазии о завтрашнем дне снова привели к невероятному возбуждению. Я стучал в дверь своего домика, а сам старался как можно естественнее прикрыть свою взбухшую плоть. Дверь открыла сестра. Она была в халатике на голое тело и, судя по раскрасневшемуся лицу, только что пыталась ласкать саму себя. Она затащила меня в дом, захлопнула дверь и скинула халат. "Артём, я уже умираю от желания! Спаси меня!". Даша стояла передо мной обнажённая, а по ноге текла тонкая струйка её сока. Я сбросил всё с себя…
Он усадил девушку на кровать и стал раздеваться. Татьяна тут же юркнула под одеяло и прижалась ко мне спиной. Наконец улёгся и Мишка. Меня быстро сморил сон, но судя по тому, как штормило нашу кровать, Мишка заснул не сразу. Я вообще сомневаюсь, спал ли он в эту ночь. Сквозь сон я слышал бесконечную возню, шепот и вскрики. Утихомирился он только под утро и, проснувшись около восьми, я застал его безмятежно спящим посреди кровати. Пробуждение моё было омрачено дикой головной болью – последствием…