Пишу, сойдя с небес на землю, Порнографический пассаж. В нем расскажу о том как дремлет Желаний скрытых вернисаж. Вот юноша... он очень грустен, Он видит девы нежный стан, Он пылок, чувственен, искусен, Член его — словно великан. Член встал, кода лихая дева Под сенью древ в тени дубрав, Освободила свое тело, Убор одежды тонкой сняв. Дойти до речки захотела, Но мысль нежданная пришла, Она, рукой погладив тело, Под крону дуба подошла. Она была великолепна: Промеж прелестных ног ее Светилась…
Я проснулся заряжен и бодр, Хуй стоит, как осиновый кол, Я рабыньку к себе пригласил, Потому что давно не тусил... Не тусил я с подругой давно, И она изошлась на говно, Потому я ее пригласил, Дверь входную поутру открыл. Не спрошу у нее, как дела, Не спрошу у нее, как спала, Тоже мне-охуенный секрет, Мне и дела до этого нет. У двери на коленях она, Потому что послушна умна, Понимает, что встал я чуть свет Чтоб изведать горячий минет. Рот ее это чувств пелена, Рот ее это бездна без дна, Он…
И вот опять он — напряжённый, Разгорячённый, красный, злой; Дрожащей поступью подходит, Мечтая вновь войти... и свой — Душевный пыл, желаний жажду, Пытается он насладить. И в страсти, вновь изливши душу, Кувшин любви её испить. Стремится, в радостных объятиях, Желаний волю покорить. И постараться ненароком, Бальзама каплю не пролить, На одр любви — минуя счастье, Рождений жизни обрести. И, мимо влажного сосуда, Вновь, ненароком не пройти. Он проскользнул. Но вот случайно, В другое логово попал,…
На следующий день в наших рядах прибавилось. Уже утром к нам на пляже присоединились Арам и семейная пара, Рашид с Аминой. Когда турчанка сняла одежду, я восхитился ее телом. Она имела прекрасную фигуру, крупную, но грациозную, форму песочных часов. Ее большая грудь сразу сводила с ума любого мужчину. Были заметны черные волосики, которые не могли прикрыть плавки, но судя по всему, небритость, совсем не смущали турчанку. В остальном все гладко, на красивой, смуглой коже. Весь день мы провели…
Я задам один вопрос, Он давно уж гложет: Жопа — выход или вход? Кто сказать мне сможет? На толчке когда сижу Вроде понимаю: Жопа выход, а не вход, Тут я точно знаю. Но когда жену ебу, Раком загибаю, Почему-то в жопу к ней Я войти желаю. Дырка между ягодиц Сильно соблазняла Взял и сунул я в неё — Жопа входом стала. Заглянуть в неё порой Очень интересно, Хоть вонючая она, Но зато в ней тесно. Мне понравилося в ней, А жена сказала: Жопа — это черный вход, Я давно уж знала. Когда парня своего с…
Семь месяцев... 7 долгих, казалось, бесконечных месяцев я жила с этой болью... Прошла, опустив голову, по опавшей листве, проскрипела сапогами по снегу, прошлепала по лужам... Вот и весна. Пора любви и страсти. И кто-то новый маячит на горизонте... Тот, с кем вроде можно, но нет никакого желания. Потому, что не забыть ту ночь, которую он подарил мне. Просто друг, но для меня гораздо больше... И я готова простить, хоть его и не за что прощать... Расстались мы плохо. Ну если это можно назвать…
Середина сентября. В этом году — довольно прохладно, совсем не бархатный сезон. Но все равно мы спим с открытыми окнами. Холодно, конечно же, но теплое одеялко и горячие объятия милого позволяют ночной холод воспринимать только, как свежесть, а утром нежиться под, пробивающимися сквозь легкие занавесочки, последними «греющими» лучиками солнышка, и наслаждаться ленью. Вот и это утро не стало исключением. Потихоньку просыпаюсь, освобождаюсь от объятий и потягиваюсь, а по телу прокатывается такая…
Всё утро Лана не выходит из номера: с тропическим солнцем шутки плохи. Лишь к полудню она, еле передвигая ногами, выползает на балкон, держа в руке чашку с недоваренным кофе и кусочком хлеба, намазанного повидлом. И как в прошлый раз, «забывает» накинуть на себя что-нибудь. Её замечают, улыбаются, приветливо машут руками. Но обнажённая нимфа не собирается спускаться вниз, она всё ещё чувствует слабость, её бьёт лёгкий озноб. Постояв у перил, допив кофе и решив, что достаточно покрасовалась…
Самой манкой девушке сайта Знаю, ебаться хочешь! Очко у меня играет. Что же ты хуй всё дрочишь? Пизда уже вся пылает. Смотри, он торчит как палка, И яйца поджались, милый, Ну, вот же твоя давалка, Еби же меня постылый. Поставил меня он раком, И хуй свой в пизду засунул, И долго, так долго трахал, Подумала, что умру я. Давно уже вся в экстазме, А он всё ебёт, ебётся; Похоже, его протоплазма, Сегодня в меня не сольётся. Натрёт мне пизду до крови, И сам потом будет маяться, Ну, вот подкатило…
Она шла по берегу моря. Без еды. Без сна. Без воды. Босая. В лохмотьях. Старая потёртая сумка на плече. Слева море и справа скалы, убегающие ввысь к самому небу, чёрному, как гром. Когда силы покинули её, она просто остановилась, поправила прядь своих длинных чёрных волос, уставившись на пальцы ступней. На поцарапанные ногти. На тонкие синие прожилки на загорелой коже. В чёрном небе прокричала птица. — У тебя есть? — услышала она вкрадчивый мужской голос, подняла голову, взглянув во…