После того как я согласился быть ее рабом она приказала мне вылизать ее влагалище и я с удовольствием согласился на это... Моя госпожа легла на кровать на спину и широко раздвинула ноги я начал страстно и жадно слизывать ее смазку раздвигая ее сочные влажные половые губы пальцами это был не забываемый вкус я входил в нее языком как можно глубже... Она крепко держала меня за волосы и сильно прижимала к своему влажному влагалищу... После того как я вылизал ее она приказала мне встать на…
После всех произошедших событий за последние несколько часов жизнь всех членов семьи Петровых была изменена теперь наверное навсегда. Но в то субботнее утро все старались не пересекаться друг с другом. Света спала все утро в своей комнате. Даже когда она проснулась попыталась снова уснуть, даже не выходя из комнаты. Но ее спасло смс. «Дорогая я сегодня и завтра свободен. Можем провести время вместе за городом, сняв домик. Твой Олег». Это было спасение. Света ответила своим согласием и быстро…
Когда жену Дениса Унгу положили в больницу с не вполне понятным диагнозом и вскоpе выяснилось, что лежать ей пpидется долго — месяца два-тpи, Денис начал беспокойно спать, подолгу засиживаться у телевизаpа, жадно pассматpивать на улицах одиноких женщин. Его молодое сильное тело (а ему стукнуло всего-то двадцать пять лет) истомилось невостpебованным вожделением и стpастью. Единственное, что утешало — здоpовью его дpагоценной Унги, по увеpениям вpачей, ничто сеpьезное не угpожало, но вот беда —…
— Давай уже, пидор, разевай ротешник, я срать хочу! Я специально хотел помучить своего красавца. У него огромная волосатая жопа, и она сейчас будет какать мне в рот! Меня эти мысли долго будоражили, и вот они сейчас осуществятся! Его зад пах потом, мочой и говном. Эта смесь очень сильно меня заводила. Я начал лизать его дырку. Сначала просто язычком, потом стал проникать внутрь. Из его жопы пошел воздух и анал начал расширяться. Чтобы ничего не потерять, я присосался губами к его дырке и…
Я проснулся ночью. За окном было темно, в комнате горел ночник. Пробуждение было восхитительным. Маня лежала между моих раскинутых ног. Она мягко прижимала свой роскошный бюст к моим яйцам и самозабвенно сосала член. По члену прокатывались сладкие горячие волны. Я одобрительно потрепал Машу по волосам. Поняв, что я проснулся, она отрывается от своего занятия, перебирается выше и усаживается на меня сверху. Я опасался этого момента, думал: раздавит она меня нахрен. Однако ничего, основной вес…
В этот день Лена с Юлей использовали меня в качестве своего туалета еще несколько раз, после чего решили пойти спать. Они легли в Лениной комнате, а мне бросили одеяло в ногах, у дивана. Перед тем как потушить свет, Лена подтянула одеяло до колен и сказав Юле: «Смотри», приказала мне — Вымой мне ноги языком! Я, раньше, когда у нас еще были «обычные» отношения, частенько целовал Ленины ножки и это доставляло ей удовольствие, но теперь в этом было что-то другое, она не просила, а приказывала мне!…
За столиком кафешки сидели двое. Платон – солидно одетый, среднего телосложения мужчина, с тёмно-русыми волосами и намечающейся лысиной спереди. И Ева – тридцатилетняя жгучая брюнетка с хрустально ясными и смелыми серыми глазами, красивым лицом, стройным телом, в чёрном облегающем платье. Оба вели себя раскованно. Платон почти неотрывно смотрел на женщину, то и дело скатывался взглядом к её декольте, в котором улавливалась довольно крупная грудь. И что-то говорил тихим низким голосом,…
Ночью я лёг спать опять в окопе. Вот так и захотелось на свежем воздухе подремать от души. Под буркой так тепло, да ещё рядом горячая полуголая Наташа, уже целый лейтенант медслужбы. Какая она довольная этими двумя рубиновыми кубиками в петлицах! И постоянно благодарит меня. Да и девушки-врачи очень благодарны мне, считают, что я просто вернул их к жизни и сейчас они на своём месте. Я открыл глаза. Ранее утро… Наташа крепко обняла меня, закинув на меня свою ножку. Обе врачихи уже беременные, но…
Все еще колеблясь, я шагнул к ней. Сердце опять стучало как сумашедшее – как бы инфаркт не подхватить в таком молодом возрасте! Если Шурка могла истолковать мои колебания нерешительностью, то на самом деле я просто пытался понять, чего же я действительно хочу. Позавчера я уже делал это. Шурке этого знать не следует – спала и спала. Ее проблемы. Наконец мне надоела собственная нерешительность. Обозвав себя слюнтяем и трусом, я решительно опустился на колени, утягивая за собой Шуркины треники.…
Утро. Солнце заглянуло в их спальню. Она проснулась в его руках. Копро было, прежде всего, фантазией мужской, но фантазией скорее постсексуальной, то есть то, что должно быть скорее после оргазма. У женщин, хоть их огромная сила самоубеждения это отрицала и не давала признаваться даже самой себе, это было подсознательны верхом именно сексуальных фантазий. В это прекрасное субботнее утро он лег на нее, ещё сонную, потягивающуюся. Он обожал ласкать ее грудь, а затем медленно спускаться по ней,…