(Никогда не писала рассказы с гетеро основой, т. к далека от данной темы. Простите, милые парни, но мне нравятся совсем иные отношения. Этот рассказ (своего рода композиция из двух разных историй) написан в сотрудничестве с одним из моих читателей, пожелавшем остаться неизвестным. Но все отзывы читателей мы разделим поровну! Спасибо тебе!) 1 Сегодня я пришел к тебе на день рождение. Я не один, со мной моя подруга. Приняв цветы и скромный подарок, ты пригласила нас к столу. Мы давно с тобой не…
— О, мой малютка Брайан, иди ко мне! Он подошёл ко мне, и я обняла его. Губы Брайана приоткрылись, и он робко поцеловал меня. Я стала целовать его в шею, он запрокинул голову назад. — Как ты думаешь... Тебе, наверно, лучше с девушкой, чем с грубым парнем, да? — Наверно, — неуверенно протянул тот. Я взяла его за руку. — Что такое, малыш? — Мне больно. Меня недавно изнасиловали и теперь... Он заплакал. Потекла тушь. Я нежно положила свою руку ему под подбородок и поцеловала в обе щёки. — Давай…
Как же я соскучилась! Словно целая вечность прошла! А на самом деле всего лишь неделя. Максим крепко обнял меня и закружил. Я была счастлива. Я обнимала его и вдыхала его запах, такой родной и любимый. Это кружило голову и сводило с ума. Я хотела полностью раствориться в нем. Его сильные руки нежно гладили меня по спине и волосам. Я прижималась к нему всем телом и чувствовала, как он соскучился. Между ног у меня уже все намокло, а бабочки в животе порхали с неистовой силой. Через легкую ткань…
*** Быть женщиной, порывистой и страстной, Какое все же это счастье – но Две женщины в любви еще прекрасней, Когда они сливаются в одно. Позволь мне просто быть с тобой сегодня. Став мотыльком, довериться свечам. Пусть волосы твои текут как волны По узким обессиленным плечам. Быть может, я еще не повзрослела. Хотела же любить тебя как мать. Но откровенной ласки просит тело, Отказываясь это понимать. Когда своими бледными губами Ты тихо прикасаешься ко мне, Я вижу, что себя уже губя, мы…
В глуши нескучной, ночи строгой, Где прожигался тусклый свет, Где свет, скрываясь за порогом, Унёс в дымнушку силуэты. Где чьи-то дамы ночью пели, Где пиром воцарился сатана, Где предавались, чьи сердца окаменели, Была она, совсем одна. Ей нежность не дано познать, Она скупа, на бабки, члены, И ей давненько на всё начхать, Она не знала разницы подмены, Кто бизнесмены, кто джентльмены… – Одно говно! Она не знала иного счастья, Которое ведомо не всем, Что быть отдушиной, быть частью, И быть одной…
ОНА: Я беру в ладони твое лицо... смотрю в твои глаза... в них столько обожания, что не нужно слов... мои губы робко прикасаются к твоим губам... ты чувствуешь? они дрожат... ОН: Твой удивительный взгляд, дрожь твоих возбуждающих губ: и я, глубоко вдохнув, бросаюсь в этот водоворот страсти и желаний, «отпущенных на волю»... обнимаю твои плечи, и прижимая к себе покрепче, жадно целую твои губы... ОНА: Твой поцелуй, такой нежный и возбуждающий, обжигает мои губы... дрожь исчезает... мой ротик…
Наконец пришли долгожданные теплые дни, когда море солнце и свежий приятный ветерок ласкает лицо. Кира и её раб мчались по автостраде по направлению моря. С каждым мигом все больше чувствовался прибрежный зов волны. И вся больше и больше ощущалось приближение этого необъяснимого восторга перед видом безбрежного горизонта морского простора. Раб был за рулем и тщательно наблюдал за дорогой, ведь ему было позволено вести машину с самой Госпожой Кирой. Он был в ответе за её жизнь, и это безумно его…
Она полностью обнажена. Просто и безо всякого превознесения красоты своего тела, показушности, или наоборот неестественной стыдливой скованности, стоит посреди комнаты, опустив руки «по швам», и её босые ступни утопают в ворсе мягкого огромного ковра. Отец привёз его три года назад из... из... Как же бешено сердце колотиться!... Её влажные после душа волосы растрепались, беспорядочным покрывалом расстелились по спине, и — я точно знаю — с их кончиков стекают по горячей коже холодные крупные…
Я просыпаюсь ранним утром и, едва открыв глаза, прижимаюсь к тебе. Осторожно, чтобы не разбудить, касаюсь кончиками пальцев твоего лица, обвожу контур твоих губ. Также, легкими прикосновениями, я провожу по твоей груди, животу, спускаюсь ниже. Пальчиком проникаю под резинку трусов, наблюдая за твоей реакцией. Твое дыхание глубокое и ровное, ты либо все еще крепко спишь, либо умело притворяешься! Моя рука проникает под твое белье и обхватывает твердую плоть. Мне нравится думать, что это…
Ей было уже давно за сорок. Годы расцвета, необузданного мужского внимания и сексуального становления как – то незаметно отошли в прошлое. Стильная объемная прическа в мелкую химическую волну поверх жгуче – желтого красителя открывала постороннему взору лишь не в меру пухлые губы, нос и низ щеки. Немолодая, потерявшая былую упругость, покрывшаяся мелкой складкой, кожа старательно "загрунтованного" лица ещё напоминала о былом цвете. Троллейбус трусило на ухабах, проступивших после схода асфальта…