Только Виталик заснул, даже, кажется, увидел какой-то сон, как ощутил чье-то аккуратное прикосновение. «Мам, еще полчасика...», – пробормотал Светлый, подобрал слюни, и проснулся. Это была Сильвия. — Я не могу спать, Виталь. — Ну, почитай что-нибудь. — Послушай лучше. — Ну? — Когда Албан нам инструменты выдавал, он нас в кладовку завел, а там в дальнем углу свет мерцает, и что-то гудит. — И что? — На портал похоже... С Виталика слетели остатки сна. — На поддержание постоянного портала нужна…
Двойной Дозор, старательно вращая педали, колесил по Городу на велосипеде-тандеме, «подаренном» оборотнем Вольфом всего за две монеты. Конечно, Виталик толком не запомнил расположение клуба «Белый клык» и теперь вел Дозор по наитию, или по азимуту. То есть, как летает ворона. Ведьмочка Сильвия, разгоряченная физическими упражнениями, время от времени тихо шипела на Виталика, но тот на провокации не поддавался и лишь пыхтел, старательно запоминая обратный маршрут до гостиницы. Спросить дорогу…
Первый Инквизитор города Иных вскочил и заметался по кабинету, путаясь в полах длинного, не по росту балахона. Он, возмущенный равнодушием помощников с Серому делу, почти кричал: — Позор! Никому нет дела! Никто ничего не хочет делать! Оба моих помощника – балбесы! Владислав, смежив веки и улыбаясь, наблюдал за метаниями Инквизитора. Его всегда забавляло, когда Первый выходил из себя. Тот продолжал возмущаться: — Город наводнен подделками! Когда такое было? Никогда! Молодым плевать на Закон! Рук…
— О, у нас бас-гитарист новый? – нахмурился Албан. – Играть будешь, или так, на огонек залетел? — Думаю поиграть, если ко двору придусь, - пояснил Виталик. — А что умеешь? — В смысле? — В каком стиле играл, каким способом? — Хард энд хеви, софт. Играю способом пиццикато, слепом, но могу и медиатром. — Ладно. А из своего репертуара что можешь предложить? А то мы тут варимся в собственном соку... — Есть две вещи – песня «Сумерки», и «Нежный вампир» из «Наутилуса». Албан нахмурился еще больше. —…
Петрович лежал на диване и скучал. Заняться было нечем, а по телевизору вперемежку показывали то клиентов дурдома, покоряющих императорские кресла, то старательно убеждали Петровича в том, как он счастливо живёт. И то и другое вызывало большие сомнения, поэтому Петрович выключил звук и маялся бездельем. В самый разгар размышлений чем бы заняться, стена напротив засияла и сквозь неё неспешно вплыл рыжий осьминог верхом на слегка покосившейся табуретке, покрытой лохмотьями облупившейся краски…
Двeри лифтa зaхлoпнулись и я шaгнул в прoхлaдную пoлутeмeнь пoдъeздa, ткнул пo кнoпкe дoмoфoнa и вышeл нa улицу, пoд жaркoe сoлнцe срeднeй пoлoсы Рoссии. Двoр мoeй срeднeстaтистичeскoй бeтoннoй шeстнaдцaтиэтaжки был зaбит дeшeвыми инoмaркaми, нeухoжeнныe и истoптaнныe гaзoны зaсыхaли пoд пaлящим июльским сoлнцeм, дeтeй и мaмaш с кoляскaми пoчти нe былo, никтo нe хoтeл высoвывaться нa улицу в тaкую жaру. В Испaнии oтдых в пoлудeнный знoй нaзывaлся сиeстa. Жaль, чтo я нe в Испaнии. Мнe жe тaкaя…
Город уже зажигал первые огни, когда локомобиль подкатил к заставе на въезде. Поперек дороги лежал полосатый черно-белый шлагбаум, сделанный из бревна, возле которого топтался хмурый нечесаный мужик в мятой солдатской форме времен царицы Елизаветы. Треуголка и сапоги отсутствовали, как класс, а вместо них – грязная косынка защитного цвета и шлепанцы-вьетнамки. — Это что за клоун? – сказал Лидии Виталик. — Это – местная достопримечательность. Подать собирает. — А объехать его нельзя? Места…
Я думаю, у каждого человека, будь он трижды жизнерадостным и оптимистичным, в жизни выпадает достаточно серых, скучных и безрадостных дней. Когда настроение на ноле и в голове тусуются совсем не веселые мысли. Вот в один из таких дней 22 – го февраля, вечером я сидела на подоконнике с бокалом вина в руке и смотрела в окно. Там на улице, освещенной желтым светом висящего фонаря, беспредельничала надоевшая до тошноты метель. И я смотрела, как она все больше и больше заносит снегом мою машину,…
Покружив вокруг избушки, «полтора инквизитора» уселись на камушки друг напротив друга. Все еще полная луна заливала белым светом лужайку, поросшую густой травой, и, кажется, можно было разглядеть каждую травинку. Мартов поднял голову и посмотрел на луну. — Который день такая луна... — Что? — Полная. И худеть не думает. — Разве плохо? — Хорошо, я люблю полную луну. Светло... — Давай вернемся в твоей Татьяне. Вовка насупился. — И не моя она вовсе. Владислав засмеялся. — Хорошо, не твоя. Так что…
В клубе «Белый клык» возле входа в кладовую на колченогой табуретке сидел давешний лохматый мужик и с тоской смотрел на вошедших дозорных. — Курить есть? — Нет. Не курим мы. — Жаль. — А Албан здесь? — Нет. Но обещал быть. Скоро. Курить точно нет? — Нет. — Тоска.... Ждите.... Я на минуту отойду, сигаретку стрельну. Виталик и Сильвия присели на низенькую банкетку. — Что думаешь, Сильва? Сок пила? — Ну... — Натуральный. — То есть? — На коробке много чего написано, в том числе – дата хранения.…