Ещё через час – другой телевизор выключили, и всё стихло. Видимо, он лёг спать. Я же продолжал лежать на полу, не в силах собраться с мыслями и уж тем более уснуть. Я не мог поверить в то, что завтра меня ждёт то же самое. Что завтра я снова целый день проведу на цепи и в наручниках, ничего не видя и не в силах ничего с этим сделать. Что завтра я снова буду есть собачий корм и мочиться в таз сидя. Что завтра он снова и снова будет насиловать меня, а я снова буду кусать от бессилия свой кляп. Он…
В следующую секунду я уже лежал на матрасе, отправленный туда хлёсткой пощёчиной. – Облизывай, сука! Я упрямо замотал головой. Схватившись за цепь, он легко поднял меня на ноги и что было сил пнул меня по яйцам. Я закричал так, что чуть сам не оглох, и повалился бы на пол, если бы он не продолжал держать цепь. Боль была оглушающая, немыслимая. Мне казалось, что меня сейчас вывернет наизнанку. – Облизывай! Собрав всю волю в кулак, я снова замотал головой. Он отпустил цепь, и я рухнул на пол, изо…
Она повесила трубку, и я зарыдал во весь голос. Я чувствовал себя брошенным и никому не нужным. Из всех людей я нужен был лишь Тэмми и Брэду. Да и то как вещь, а не как человек. Вскоре Госпожа поднялась на ноги и отошла ненадолго. Когда она вернулась, мою промежность внезапно обожгла острая боль – Госпожа хлестнула меня по яйцам жокейским стеком. Я завыл от боли, дёргаясь ещё сильнее, чтобы освободиться. Тут же она ударила меня по яйцам ещё раз, а потом ещё и ещё. Боль захлестнула всё моё тело.…
Кое – как она поднялась на ноги, по – прежнему ничего не видя и не зная, кто стоит перед ней. Босые ноги пронизал холод бетона. Её снова дёрнули за ошейник, и, повинуясь, она слепо двинулась в указываемом направлении. Через несколько шагов они остановились, и она почувствовала, как незнакомец возится с наручниками у неё за спиной. Расстегнув ей одну руку, он тут же отвёл её вбок и заключил в какой – то другой браслет, шире и мягче. Сняв наручники со второй руки, он точно так же заключил её в…
Дом был большой, в два этажа, и вокруг не было ничего, кроме высокого забора и дремучего леса на много километров вокруг. Мы вошли внутрь – я впереди, он сзади. Я так и чувствовал направленный на меня ствол ружья, хотя он не прижимал его к моей спине и, может, даже не наводил его на меня вовсе. Я не хотел проверять. – Встань на середине комнаты, – приказал он. – И раздевайся. Я медленно снял с себя куртку. – Быстрее. Я торопливо разулся, дрожащими пальцами расстегнул молнию джинсов и стянул их…
Всё это я узнаю постепенно, урывками, пока дни моего плена складываются в недели и месяцы. По – прежнему всё своё время я провожу на голом полу, прикованный к стене, и по – прежнему вынужден наблюдать за каждым половым актом своих тюремщиц. Это тем более мучительно, что срок моего сексуального воздержания всё растёт, а пластиковый чехол по – прежнему не покидает мой член. Единственный вид секса, который мне доступен – анальный, когда та или другая "госпожа" насилует меня страпоном. С целью…
Последнее, что я помню в своей жизни – чьи – то сильные руки, обхватившие меня сзади и зажавшие рот, темнота подъезда, острая боль укола в бедро. Назвать жизнью всё, что произошло после этого, я не могу. Но это, к сожалению, и не смерть. Для этого вокруг меня слишком много звуков и запахов, слишком много ощущений. Хотя, может, именно это и есть ад. Кто знает. Я хорошо помню свой первый день в этом аду. Как я проснулся и открыл глаза, но не смог ничего увидеть. Как попытался встать, но рывок…
Дом был двухэтажным, из штукатуренного кирпича, с гаражом у правой стены. Построен был, наверно, в пятидесятые годы, и, как следствие, в архитектурном плане ничем не блистал. Но выглядел ухоженно и солидно, за садиком явно следили – и, с учётом района, я поняла, что Грэм явно не перебивается с хлеба на воду. Это подтвердила и "ауди", запаркованная на стоянке возле гаража. Грэм, как всегда, был обаятелен, и я надеялась, что нервы не выдают меня с головой. Мне казалось, что у меня дрожат руки, но…
Перехватывая все её сообщения, чаты и имэйлы, Алан узнал о существовании другой девушки. Обе встретились в чате, посвящённом обмену опытом по самосвязыванию. Вскоре Линда и Сюзан обнаружили, что живут в одном районе и разделяют общий интерес; обе жаждали испытать что – нибудь пожёстче, что нельзя было осуществить в одиночку из соображений безопасности, а также искали доверенного человека, который мог бы прийти на помощь в случае чего. Дальнейшее предугадать было нетрудно, и вскоре обе стали…
Постепенно она начинает приходить в себя. Её мутные глаза блуждают вокруг и наконец останавливаются на мне. Во взгляде появляется выражение, и вот она уже что есть силы извивается и корчится на полу, пытаясь освободиться и что – то еле слышно мыча в свой кляп. Я усмехаюсь и спокойно жду, когда она выдохнется. Ждать приходится долго – сил у неё немало. Наконец, убедившись в тщетности своих попыток, она замирает на полу, тяжело дыша и глядя на меня с ненавистью. – Привет тебе от Наташи, –…